Здравствуйте, дорогие братья и сестры! Христос Воскресе!
Сегодня мы с вами отправимся в далекую Персию. Ждет нас IV столетие по Рождестве Христовом. Чем оно знаменательно? Если в Римской империи христианство, выдержав жестокие гонения, получило свободу, то в Персии преследование христиан еще только начиналось. Правил там в ту пору царь Сапор II, прозванный Великим.
С виду, вроде бы, так и было. 71 год занимал он персидский престол. И все-таки бросается в глаза удивительный факт. В Персии жила небольшая община христиан. Никак не угрожала она благоденствию государства. Однако же царь Сапор смотрел на нее с нескрываемой тревогой. Чего же он так боялся? Уж, конечно, не того, что христиане поднимут мятеж и отдадут его царство римлянам. Скорее всего, ему просто была ненавистна истинная вера, и он всячески хотел ее искоренить.
Немало христианского духовенства пало от его рук, а оставшиеся в живых скрывались в пустынях и горах. Царь Сапор был несказанно сему рад.
«Очистил я Персию от веры в распятого Христа», – хвалился он.
Преподобномученик Вадим Персидский
Но каково было его изумление, когда узнал он, что недалеко от столицы, то есть совсем рядом с ним, существует самый настоящий христианский монастырь. И что еще хуже, иноки в нем не греки, а самые настоящие персы, да еще из знатных родов. Дальше больше. Донесли ему и о том, что старца Вадима, архимандрита той обители, охотно посещают жители окрестных городов и сел. И что самое страшное, многие из них отвергают обычаи поклонения солнцу и принимают христианское крещение.
Потерял тогда царь Сапор покой и сон. Немедленно отправил в монастырь воинов и приказал связать архимандрита Вадима и бросить его в темницу. Повеление было исполнено. И седой уже старец с семью своими учениками был заключен в мрачное подземелье.
Пылая гневом, царь Сапор хотел немедленно казнить узников, чтобы, как он говорил, пресечь зло в самом корне. Но ближайшие советники отговорили его от этого.
«Послушай нас, царь, – вещали они, – сколько христиан было истреблено в нашей стране, но от этого их число не умалилось. Многие стали исповедовать Христа тайно. Таковые есть и в твоем дворце, только распознать их чрезвычайно трудно».
«Так что же я должен предпринять, – горячился царь, – отпустить узников на волю или выслать за пределы Персии?»
«Все это дело пустое, – ответил ему один из главных советников. – Христианство нужно сокрушать не мечом, а хитростью. Вот что я тебе предлагаю».
«Говори скорее, ибо душа моя разрывается от гнева на этих людей».
«Есть у тебя в узах вельможный христианин Нирсан, начальник города Ария, – напомнил царю маг. – Так вот, человек он нестойкий, и если пригрозишь ему пытками, он сделает все, что ты пожелаешь».
«Так чего же я должен пожелать?» – с нетерпением спросил царь.
«Собери народ на главной площади городской и прикажи этому Нирсану собственной рукой казнить архимандрита Вадима. А глашатаи пусть громко вещают: «Вот что такое христианская вера – один христианин, испугавшись мук, убивает другого». И народ поймет, что нет в этой вере ничего истинного и твердого».
«Ах, в самом деле, недаром занимаешь ты пост главного советника, – с восторгом заключил Сапор. – Такой мудрый замысел никогда не пришел бы мне в голову. Исполню я его немедленно».
Тотчас был приведен к царю христианский вельможа Нирсан. Как и полагал главный маг, сильно устрашился он мук и обещал поступить по воле царя. И вот на следующее утро вся городская площадь была запружена народом, привели связанного архимандрита Вадима, а рядом с ним поставили двоедушного Нирсана и вложили ему в руку меч.
«Исполни царский приказ! – прокричал глашатай. – Казни своего единоверца, и пусть весь народ увидит, чего стоит все ваше упование на распятого Христа!»
Услышав о своей участи, святой Вадим даже не шевельнулся, стоял неподвижно, как столп, и спокойно ждал смерти. А что же Нирсан? Он весь покрылся потом, его руки дрожали, и меч явно не слушался его. Много ударов нанес он Вадиму и едва умертвил его. Но как на все это смотрел народ? Он смеялся над Нирсаном, трусливым предателем и убийцей, и, напротив, дивился бесстрашному исповеднику Христа, святому Вадиму.
«Вот это вера, – проносилась молва в людях, – не то, что у наших алчных жрецов».
Царь Сапор понял, что он проиграл, что мученическая кончина старца-архимандрита лишь возвысила христианство в глазах персов, а посему поспешил прекратить это жуткое зрелище и распустил сограждан.
Так святой архимандрит Вадим в сединах и узах безмолвно проповедовал Христа заблудшему народу. И число тайных христиан в Персии нисколько не умалилось. Все прославляли святого мученика, и в его лице обрели яркий пример мужества и святости. Будем же и мы помнить его благословенное имя.
Храни вас Господь, дорогие братья и сестры!
Преподобномученик Вадим Персидский
