СВЯТОЙ ЦАРЬ
Автор – монах Варнава (Санин)
Как быстро наступают перемены!
Темно в глазах от золота погон.
Дыханьем государственной измены
Отравлен императорский вагон.
Что толку от угроз и обличенья,
Когда вокруг злорадство, глупость, ложь
И приказная «просьба» отреченья,
Подсказанная из масонских лож!
На размышленье — ночь. И до рассвета
Не спит законный царь всея страны.
Он — жертва за народ и, зная это,
Идет на казнь, не ведая вины!
БОЛЬШЕВИКИ
На словах было столько обещано!..
Но такими их были дела,
Что кровавая, страшная трещина
Через сердце России легла.
«Мир народам!» — как будто насмешкою
Над гражданской звучало бедой.
«Хлеб голодным!» — но перемешкою
Со слезами, свинцом, лебедой.
Что еще там? Ах, «Землю — крестьянину?»
Получай, гражданин-господин,
Свой надел от ЧК россиянину —
Если в метрах, то два на один!
Цвет страны был чапаевской Анкою
Пулей не на экране прошит…
И Россия разбитой тальянкою
С той поры в горьких травах лежит.
Страшно даже от слабого сполоха
Тех безбожных пожарищ, когда
Крест святой заменил символ Молоха —
Столь «любимая» наша звезда!
Надругались над избами, храмами…
Кто еще оставался с Христом,
Мог молиться теперь перед рамами,
Если те были сбиты крестом.
Год за годом, цепями окована,
Шаг за шагом: вот-вот упадет,
Как Христос, вся избита, оплевана,
На Голгофу Россия идет.
Гой, еси, Русь, святая, сердечная!
Исполать вам, кто с ней в час беды!
Ибо ждет ее Трапеза Вечная,
После хлебушка из лебеды!..
ВОЗМЕЗДИЕ
Все делая по новому закону,
Он передернул яростно затвор,
Прицелился в старинную икону
И произнес с усмешкой приговор…
Стреляя в Николая Чудотворца,
Он думал — в людях веру убивал.
А пуля самого иконоборца
Убила, отразившись, наповал.
Он детям был отцом, а внукам — дедом…
Но вот на этих, и на тех, — на всех,
Путем, который, нам пока не ведом,
Проклятьем лег великий этот грех!
Мать тем же годом сгинула в болоте,
Убили сына, тронулась жена.
Теперь уже и правнуков колотит
Безумной дрожью прадеда вина.
Проворовался… отравилась… спился…
А тот — в тюрьме: в кого он так жесток?
Не правда ли, печальным получился
Расстрелянного образа итог?
Одна лишь нить духовной нашей драмы…
А ведь еще по всем концам страны
Стоят, лежат расстрелянные храмы —
Как судьи нераскаянной вины!
СВЯТОЙ НОВОМУЧЕНИК РОССИЙСКИЙ
Он без Христа никак не мог.
Во всём и всем ему был Бог.
И тут за жизнь по вере
Его вдруг – к высшей мере!
Правда, судья сказал потом:
Он должен искупить трудом…
Но что – было не ясно,
А уточнять – опасно!
И шёл по множеству дорог
Кому во всём и всем был Бог:
Голодный, полуголый,
Махал киркой тяжелой…
Он был смиренный, как никто.
Его же били: а за что
Опять не говорили,
И только били, били…
Один-единственный предлог
Для истязателей был: Бог!
И много подтверждений
Для горестных суждений.
Он поменял немало мест,
И всюду первым делом крест
Срывали, что из щепок
Бывал и так не крепок…
И он понять никак не мог:
За что так ненавистен Бог
Всем тем, кто рушил храмы
И полнил ими ямы?
«Не осуждай врагов своих! –
Сказал сосед. – Ведь через них
То – Господи, помилуй! –
Творится вражьей силой!»
И он тогда просил, как мог,
Чтобы помиловал их Бог,
И вновь махал киркою
Слабеющей рукою.
А после шел он на расстрел.
И, хоть пожить еще хотел,
В последнюю дорогу
Во всем предался Богу!
И не оставил его Бог,
И умереть ему помог.
Спасаясь из неволи,
Он не услышал боли.
Освобожденная душа
Рванулась к Господу, спеша,
Где Бог в Свои объятья
Принял её с распятья!
И тот, кто без Христа не мог,
Вдруг понял, что дарует Бог
Ему – за жизнь по вере:
Блаженство в высшей мере!
Рубрика монаха Варнавы (Санина) >>
