В этот день 1872 года родилась последняя русская императрица Александра Федоровна. Причислена к лику святых Русской Православной Церковью.
Александра Федоровна
Виктория Алиса Елена Луиза Беатриса Гессен-Дармштадтская – таким было полное имя немецкой принцессы, ставшей после принятия православия Александрой Федоровной и женой императора Николая II. За свою любовь будущие супруги боролись пять лет. Родители Николая II, Александр III и Мария Федоровна, были настроены против их брака. Но быстрое ухудшение здоровья Александра III вынудило дать согласие на свадьбу. До этого момента Николай II жил лишь редкими встречами с предметом своего обожания и ее тайными письмами.
Невеста цесаревича
«Грущу ужасно, что писем нет от моей дорогой Аликс», – писал цесаревич в своем дневнике.
Сама же Аликс была серьезно настроена стать русской императрицей. Она отказалась от лютеранства, два года изучала православную литературу. Но «своей» для большой царской семьи Романовых она так и не стала. Многие ее считали заносчивой. Она не умела с шиком одеваться, плохо танцевала, не любила балы, и будет справедливым сказать, не стала близкой даже своей свекрови Марии Федоровне. Невеста цесаревича прибыла в Россию, когда действующий император находился при смерти, и у юной девушки совсем не было времени на адаптацию в чужой стране.
Русская императрица
Сразу после венчания Аликс стала русской государыней. Любой ее поступок рассматривался под микроскопом. Так министр финансов Сергей Витте, увидев Александру в первый раз, нашел, что она красива, но успел разглядеть «нечто сердитое в складке ее губ». Поэтесса Зинаида Гиппиус, будучи уже в эмиграции, писала:
«Царица никому не нравилась и тогда давно, когда была юной невестой наследника».
Да, все русское общество было чрезвычайно требовательно к заграничной принцессе. Сама же она через несколько месяцев после свадьбы писала подруге:
«Я чувствую, что все, кто окружает моего мужа, неискренни, и никто не исполняет своего долга ради долга и ради России. Все служат ему из-за карьеры и личной выгоды…»
В конечном итоге, чем больше придворные бросали в сторону императрицы ревнивые взгляды, считая ее нелюдимой, тем более нелюдимой она становилась. Еще большую неприязнь семьи Александра Федоровна заслужила, родив больного наследника. И сколько – чаще всего несправедливых – пересудов вызвало появление при дворе Григория Распутина.
Сама же русская императрица, даже спустя 20 лет после свадьбы, писала своему царственному супругу письма, полные любви. А ее занятия с дочерями превратили их в настоящую гордость и украшение двора. Все четыре девушки обладали невероятным обаянием, умом, воспитанием. Как говорили про них современники, одного взгляда хватало, чтобы влюбиться в них. А вот что написал генерал Мосолов, знавший их ближе многих:
«Они были нетребовательны. Одно кинопредставление по субботам давало пищу разговорам на неделю».
Более чем скромный быт, строгость и любовь – эта атмосфера, которой окружала своих дочерей императрица, превратила их в настоящих царевен. Увы, этот домашний труд Александры Федоровны оказался незаметен глазу публики. И даже больше. Пересуды вокруг государыни усиливались. Даже тот факт, что во время Первой Мировой войны она работала сестрой милосердия, вызвало непонимание у высшего света. Никто из великосветских дам не трудился в операционных, собственноручно не ухаживал за ранеными солдатами.
«В глазах России я всегда не права», – признавалась Александра Федоровна Николаю II. Впрочем, в последние годы жизни русская императрица стала привыкать даже к мнению циничного общества.
«Когда я была молода, я ужасно страдала от неправды, которую так часто говорили обо мне, но теперь мирские дела не затрагивают меня глубоко, – я говорю о гнусностях, – все это когда-нибудь разъяснится…»
