Мир Вам, дорогие посетители православного сайта “Семья и Вера”!
С давних времен в Афонский монастырь Ватопед стекаются страждущие, ищущие заступничества Пречистой Девы в различных недугах. Они притекают к образу Божьей Матери “Всецарица”, молитва перед которой особенно помогает людям страждущим раковыми заболеваниями.
Известно множество случаем помощи Божией после молитв перед иконами Божией Матери, мощами святых угодников Божиих и другими святынями. Иногда после молитвы раковая опухоль останавливается в своем развитии. Сколько случаев, когда все сроки уже прошли, давно должно было начаться метастазирование и переход в следующую стадию, но развитие рака остановилось. Так проявляется действие благодати Божией, которая укрепляет как душевный, так и телесный состав человека по силе его веры и упования на Создателя.
Исповедь онкологического больного
Первые серьезные признаки болезни, в том числе, кровотечение, появились у меня в восемнадцать лет. Я думаю, что стрессы, связанные с переездом семьи из Ташкента в Москву, со сменой климата, с поступлением в вуз не прошли даром. У меня и во время беременности были тревожные симптомы. Просто Господь сохранил ребенка.
Когда сынишке исполнилось полтора года, у меня резко заболел живот. Почувствовала, что попала в какие-то неотвратимые жернова, словно ситуация такова, что уже ничего нельзя изменить. Пыталась связаться с какими-то врачами, что-то сделать, и ничего. То есть врачи не могут, скорые не приезжают, родственники не воспринимают ситуацию всерьез.
После, осознав, что у меня за болезнь, написала в дневнике: если человек начал вам жаловаться на усталость, если у него появились какие-то необычные симптомы, попытайтесь его уговорить сходить к врачу. Сам он помочь себе не в силах, так как в тот момент находится внутри ситуации и не в состоянии оценить ее извне. Ему кажется, что у него все в порядке.
Я попала в районную больницу, и все решили, что у меня аппендицит.
Помню, как шла до операционного стола под подбадривающие реплики: «Что ты такая болезная». После все были в шоке, слова хирурга звучали, как приговор: «Готовьтесь к худшему, у нее рак»…
Выхожу из больницы, пытаюсь взаимодействовать с миром и понимаю, что есть мир, а есть я, и я как будто за стеклом, отдельно. В первые недели не осознаешь, что происходит, почему люди радуются жизни, когда существует такая боль и такой ужас.
И тут я встретила подругу, которая потеряла мужа. Мы с ней обмениваемся взглядами, и я вижу, меня понимают. Человек, у которого был опыт серьезной боли, никогда не сможет пройти мимо другого человека с болью. Это как пропуск в тайный клуб, позволяющий понимать друг друга без слов.
…После пятой операции я не могла очнуться, стоял какой-то туман. Слышу голоса и не могу открыть глаза. Ко мне подошел анестезиолог и говорит: «Кать, сейчас тебе надо согнуться, я буду ставить эпидуралку, ты потерпи, милая моя, я сделаю, что тебе не будет больно». Мне сразу легче. Но за счет желудочного зонда в носу, дышать не могу, мучаюсь жутко, мой врач говорит: «Ты ж мое солнышко, моя радость, ну подожди немножко». Начинает мне все сам аккуратно вытаскивать. У меня слезы, сопли, слюни. «Прости, милая, без этого никак». У меня рвота. Он все это терпит, гладит меня по голове и говорит: «Как же ты, моя бедная, натерпелась».
Лечащий врач позвонил мужу и сказал: «Все хорошо. Случилось чудо». Так и сказал, хотя медики подчас люди не верующие. Когда вышла из больницы, думала, как отблагодарить врачей? Деньги давать нельзя, ну подарила какой-то «букет» из фруктов, мороженое, арбуз. А потом случился рецидив. Глаза хирурга не всегда могут увидеть мельчайшее.
…Здоровый человек во многом рассчитывает на себя, создаст определенный имидж, делает добрые дела, ни с кем особенно не ссорится. Но вдруг вся эта «самость» рушится. После болезни я вдруг осознала, что нахожусь в состоянии аффекта. С одной стороны, научилась сохранять видимость, что все хорошо: смеюсь, улыбаюсь, радуюсь, но сейчас со мной, несмотря на лекарства, всегда есть боль. Обычное состояние: чем мне хуже, тем более яростно смеюсь и шучу. И часто не отдаю отчета в своих действиях, как будто сорвало тормоза.
У меня идей всегда много, и чересчур часто близкие начали слышать от меня фразу: «А вот сейчас мы вместе с вами сделаем то-то…». Очередная ловушка болезни. Священник дал замечательный совет: «Катя, бери себя в руки. Или ты делаешь это сама, или ты просто терпишь − записываешь идеи, например… Понятно, что о стакане воды ты попросишь. Но баловство прекращай, нельзя решать за других».
Вижу проявления своих дурных черт, но не хватает сил на контроль, и все самые неприятные стороны характера оказываются на виду. А когда тебе делают замечания, бывает больно, ведь даже самому противному человеку хочется, чтобы его обняли-пожалели.. .
Думала, что за время болезни чему-то научилась. Но прошло время, и поняла, что это не так. У меня даже в дневниках есть такие записи: «Вот, наконец, научилась не задавать лишних вопросов врачам». И через год пометка сверху: «Не научилась − показалось». Лучшее, что можно сделать, это попытаться больше молчать. Помогают мысли о смирении. В какой-то момент начала осознавать, что получить желаемое придется через боль. А я боюсь боли. Но со временем страх почему-то ушел…
Онкология может проявляться обидами, недоверием, абсолютной и тотальной нелюбовью к себе. У меня было искушение высказать претензии своим родителям. И вдруг такая мысль: «Стоп! Мне 25 лет, и я пытаюсь обвинить маму в том, что мне сейчас плохо? Это вообще нормально?!» Если ты просишь о помощи, то должен быть готов, что будет непросто. Возможно, помощь будет совсем не такой, какую ты ждешь изначально. И совсем не такие, каких ты себе нафантазировал. Но в любом случае всем нужно будет сказать простое человеческое спасибо.
