Здравствуйте, дорогие братья и сестры!
В Печерском монастыре всегда весна, ведь почивают там наши великие святые. Живя на земле, они стяжали обильную благодать Святого Духа, потому и не стареют они, пребывая в бессмертном Христовом Царстве. Озаряют они оттуда свою дорогую обитель светом нетленной жизни. И чувствуется в святой лавре дыхание вечной весны. Память одного из Печерских отцов наша Церковь совершает сегодня. Это святитель Симон Печерский, первый епископ Владимирский и Суздальский.
Святитель Симон Печерский
Родился он в далеком XII веке, в семье богатой и благочестивой. Еще в малом возрасте его отдали в учение, и он быстро в нем преуспел. Глубоко запали ему в сердце слова Евангелия о том, что «тесны врата и узок путь», вводящие в жизнь вечную. Задумался над ними Симон: чтобы пройти этими вратами, нельзя сидеть, сложа руки. А потому и решил он начать такой подвиг. Пришел к Печерскому игумену и упросил его дать ему хоть какое-нибудь послушание.
«Вот тебе, чадо, келья, – сказал ему игумен. – Принесу я тебе много свитков, в которых описаны труды Печерских отцов, бывших прежде нас. Читай их и научайся монашеской жизни. Если найдешь в них для себя какой-нибудь подходящий подвиг, то и пребывай в нем. Двери моей кельи для тебя всегда открыты. Приходи и советуйся обо всем».
Симон с горячим усердием принялся изучать жития Печерских святых. Полдня читал, а полдня творил молитву. К вечеру так уставал, что не всегда даже ходил в соборный храм на службу. Но игумен не корил его за это. Знал, что с детства, живя среди богатства и роскоши, Симон не сразу сможет отвыкнуть от всего мирского. И в то же время провидел, что в будущем из этого юноши вырастет великий светоч веры и благочестия.
Спустя некоторое время Симон, придя к игумену, посетовал на то, что по вечерам его обуревает тоска.
«Так и должно быть, чадо! – ответил ему игумен. – Ведь в это время братья воспевают Господа в храме, а ты уже ложишься на покой. Постарайся отдыхать днем, а вечером приходи на богослужение, и тоска твоя развеется, как дым».
Симон исполнил все в точности и уже не страдал от уныния. Позднее одному из своих учеников он напишет:
«Все, что делаешь ты в келье, читаешь ли или поешь псалмы, все это не сравнится с одним соборным «Господи помилуй!»
Тоска ушла, но пришло другое испытание. Некоторые иноки стали упрекать Симона буквально за все: и как он стоит, как ходит, и как читает. Симон опять пошел к игумену. Нет, не жаловаться, а спросить, как поступать ему в таких случаях.
«Сноси, брат, досаждение без печали, – кротко ответствовал ему игумен, впервые назвав его уже не чадом, а братом. – Ведь Господь сказал, что претерпевший до конца спасется. Терпящий спасется и без великих трудов и подвигов».
До конца дней своих Симон запомнил эти мудрые слова и часто повторял их в своих проповедях. Вскоре получил он новое задание – уже не читать, а составлять жития Печерских святых XII столетия, пока живы те, кто их лично знал и мог рассказать о них. Начал Симон этот труд с большим рвением, но, к сожалению, не окончил. Что помешало ему? Как это ни странно, высокий священный сан. По великокняжескому повелению, Симон был назначен сначала игуменом монастыря во Владимире-на-Клязьме, а затем стал первым епископом Владимирским и Суздальским.
«Тяжела ты, шапка Мономаха!» – часто вздыхали князья на Руси. А уж какой тяжелый архиерейский жезл достался святому Симону, и говорить не приходится. То и дело доводилось ему примирять князей, участвовать вместе с ними в дипломатических поездках, управлять двором и свитой, увещевать не браться за оружие, и так без конца. Находясь во Владимире, сильно тосковал он о родном Киеве.
«Я был бы рад оставить епископство и работать в повиновении игумену Печерскому. Всю славу и власть я вменил бы в прах», – писал он одному из друзей.
Но, невзирая ни на что, святитель Симон Печерский пронес свой крест до конца. Лишь спустя четыре века его мощи были перенесены из Владимира в ближние пещеры заветной лавры. Там и пребывает он ныне в нетлении, телом на земле, а душою предстоит пред престолом Божиим в мире горнем, где вечная весна и где ни один листик души не чахнет и не опадает.
Всех вам благ, дорогие братья и сестры! Да хранит вас Господь!
