ШКОЛА ДОБРОДЕТЕЛЕЙ. Рассказы. Книга III. Страница 4-я


Школа добродетелей. Рассказы монаха Варнавы

ШКОЛА ДОБРОДЕТЕЛЕЙ. Рассказы. Книга III. Страница 4-я

Здравствуйте, дорогие дети и родители!

Приветствуем Вас на страницах православного сайта “Семья и Вера”!

Перед Вами четвертая страница 3-й книги поучительных рассказов известного российского писателя монаха Варнава (Санина) из серии “Школа добродетелей”, которые будет полезно прочесть вместе со своими чадами/внуками.

Школа добродетелей, рассказы монаха Варнавы

КНИГА II. Страница 4-я

Заглавие, перо, лист, пергамент

ЧУДО В ДОРОГЕ
(SMS- рассказ)

«Мама, я уже в поезде. Успела. Сейчас отправляемся!»

«Доброго пути, дочка! Ангела-хранителя! С Богом!»

«Слава Богу, уже подъезжаем. Мама, что тут ночью было!.. Только твоя молитва и Ангел-хранитель спасли меня. Это просто чудо! Как только будет связь для разговора, сразу все расскажу!»

Заглавие, перо, лист, пергамент

ПРОБУЖДЕНИЕ ПАМЯТИ
(SMS- рассказ)

«Санёк, ты чего молчишь?»

«Я с паломниками в монастыре».

«Ты чего это там забыл?!»

«Не забыл, а вспомнил».

«Кого?»

«Бога!»

Заглавие, перо, лист, пергамент

ХОРОШО И ПЛОХО
(SMS- рассказ)

«Сынок, я еще далеко в метро. Забери, пожалуйста, сестренку из садика!»

«Хорошо».

«Хорошо да, или хорошо нет?»

«Хорошо нет!»

«Почему?»

«А она сама со мной не пойдет!»

«Как это?»

«А я ее прошлый раз хорошенько отшлепал!»

«Я это знаю… Но — зачем?»

«А чтобы она больше никогда со мной не ходила!»

«Вот ты, оказывается, какой… Ну ладно, я сама ее заберу. А ты сиди дома!»

«Но, мам, ведь сейчас каникулы!»

«Сиди-сиди, а вечером еще и папа тебя накажет!»

«За что?»

«За все хорошее!»

Заглавие, перо, лист, пергамент

СМЕХ… ДО СЛЕЗ

Ох, и смеялся же Вася, услышав эту историю от взрослых.

Один мужчина говорил другим:

«Решил муж пойти сено косить.

А жена ему:

— Не ходи! Гроза будет!

— Кто в доме хозяин? – возмутился тот.

— В доме – ты. А над всем миром – Господь!

— Ну и что?

— А то, что всегда нужно говорить: пойду или сделаю то-то, если это будет угодно Богу!

Но мужчина оставался непреклонным.

— Вот ты и говори так! А я сказал: не будет, значит не будет!!! – упрямо заявил он.

Взял косу и вышел из дома.

Ушел, а вскоре и правда — гроза.

Да такая страшная, каких в тех краях никогда еще не было.

Ураган…

Молнии…

Гром…

Это уже после… потом узнали, что рядом с тем мужчиной повалилось огромное дерево, и он просто чудом остался жив. И вообще испытал немало всего самого неприятного.

А тогда не на шутку встревоженная за мужа жена только услышала тихий стук в дверь.

И, так как тот всегда стучал очень громко, спросила:

— Кто там?

— Твой муж, — послышался робкий ответ.

И после недолгой паузы:

— Если это угодно Богу…»

Взрослые, вместе с мальчиком, смеялись до самых слез.

Но вдруг один за другим стали умолкать и становиться серьезными.

Вася с недоумением посмотрел на одного… второго… третьего…

И тоже перестал смеяться, подумав: а сам-то он не поступает, как тот мужчина перед тем, как собраться что-нибудь сделать?..

Заглавие, перо, лист, пергамент

ЖИВОЙ ПРИМЕР

Десятилетний Антон мечтал стать астрономом.

Разумеется, когда вырастет и выучится на него.

Мастер на все руки — папа, узнав об этом, даже соорудил для него простенький телескоп.

Простенький-то простенький, но все равно: луна в нем была совсем другая.

А звезды, конечно, благодаря мальчишеской фантазии – ближе!

И Антон мог подолгу смотреть на небо, любуясь луной и звездами.

Представляя, какими же будут они, когда он станет наблюдать за ними в настоящий телескоп!

Но до этого было еще далеко.

Учился он старательно, чтобы после школы обязательно поступить в университет.

А еще раз в неделю ходил с папой и мамой в храм на церковную службу, после которой оставался в воскресной школе.

Вдруг однажды проводивший занятия, седой, чем-то похожий на ученого, портреты которых висят в школьных кабинетах математики и физики, отец Николай, спросил: кем кто мечтает быть, когда станет взрослым.

Один ответил: врачом, а может, учителем.

Второй – наверное, поваром.

Третий признался, что пока еще не решил.

Антон же сказал уверенно и сразу:

— Астрономом!

— Да?!

Батюшка как-то по особенному посмотрел на него, предложил немного побеседовать после занятий…

И каково же было изумление Антона, когда он узнал, что отец Николай в свое время сам был – астрономом!

Да-да!

И не простым лаборантом, а — с ученым званием и множеством печатных трудов, даже книг!

И работал он в обсерватории, где был один из самых мощных во всем мире телескопов.

Но…

Как признался отец Николай, изучив весьма и весьма многое и всё сопоставив, он сначала умом понял, что Вселенная никак — ну, совершенно никак! — не могла создаться сама собой, а ее мог создать только Бог.

А затем уже всем сердцем приник к Творцу.

Вечное ему сделалось несравненно дороже, чем временное.

Он раз и навсегда отказался от мировой славы, обещанного ему звания академика…

Решительно отмахнулся от новых, как все ему говорили, самых перспективных и интересных проектов, завидной зарплаты…

Уволился.

И стал священником!

Точнее – иеромонахом[1].

Потом игуменом.

Причем, еще в те годы, когда вера в стране была под строгим запретом.

Стоит ли после этого говорить, что с тех пор мечта у Антона полностью изменилась?

И теперь он мечтает быть не астрономом…

А тоже священником.

Или даже – монахом!

__________________________

[1] Монах, имеющий сан священника.

Заглавие, перо, лист, пергамент

ДРУГОЕ ВРЕМЯ

Ох, и обиделся же Вадик на папу с мамой!

Попросил их купить на день рождения свой любимый бисквитный торт с вишнями наверху.

А они принесли… песочный!

Тоже, наверное, вкусный.

Может, еще лучше бисквитного.

Но Вадик его даже пробовать не стал.

Надувшись, он взял с полки первую попавшуюся книгу.

Чтобы была отговорка, если родители начнут заговаривать с ним: «Мол, не видите, разве, я занят — читаю?»

Демонстративно ушел в свою детскую комнату.

И громко захлопнул за собой дверь.

Плюхнувшись в кресло, он раскрыл книгу.

И стал для вида громко листать страницы.

Однако родители почему-то не торопились входить к нему.

Наоборот, судя по тихим шагам и щелчку дверного замка, вообще куда-то ушли.

«Ну и пусть! Так даже лучше! – решил Вадик. — Встречу свое тринадцатилетие – в гордом одиночестве!»

Книга оказалась взрослой.

Про древний Новгород, времен Александра Невского, когда великому князю было примерно столько же лет, сколько сейчас Вадику.

Даже еще немного меньше!

Это, конечно, слегка заинтересовало.

И он начал читать, прыгая глазами через строчку.

Или, как с упреком не раз говорила ему мама, «глотая текст».

Но вдруг что-то насторожило Вадика.

Уже внимательно он принялся, действительно, жадно поедая глазами, узнавать, как страшно и трудно жилось тогда людям.

Времена, разумеется, были другие.

Ни телевизоров, ни мобильных телефонов.

Но люди… люди-то были те же, что и сейчас!

Которые также дышали, чувствовали боль, ели, пили, хотели жить.

А тут…

В огромном и самом своенравном городе Древней Руси свирепствовал (да не раз!) такой голод, что люди ели ворон, а когда тех не оставалось, корни трав, листья кустарников, обгладывали кору деревьев.

В некоторых больших семьях, чтобы выжить остальным… продавали в рабство своих детей!

И те даже не обижались на это.

А он?

Совесть кольнула Вадика.

«Так ведь, время было совсем другое! — тут же попытался успокоить себя он. — Но…»

Совесть, не дав ему додумать, кольнула сильнее.

Еще… еще…

Вскоре Вадику стало окончательно не по себе.

И он, с облегчением услышав новый щелчок в двери, шаги родителей в зале, торопливо вышел, чтобы самому заговорить с ними.

И не поверил своим глазам.

На столе белой горкой, с большими красными точками, высился — его любимый торт с вишнями!

«Да, конечно, время и впрямь другое! – только и подумалось Вадику. — Но… но… но…»

Ему захотелось тут же поблагодарить и все-все объяснить родителям.

Да что-то внезапно перехватило в горле.

И он только бросился к ничего не понимавшим — отцу, маме.

Порывисто обнял их.

Молча, без слов.

Потому что пока даже не мог говорить…

Заглавие, перо, лист, пергамент

ЧЕСТНАЯ ДРУЖБА

Когда в класс лично директор, да еще в сопровождении важного чиновника, привел в седьмой «А» и представил новенькую, все так и ахнули.

Это была – дочь самого мэра города!

Многие, разумеется, сразу стали набиваться к ней в лучшие подруги.

Или в друзья.

Несмотря на то, что характер у нее, судя по всему, был в отца.

Гордый и властный.

Но…

Она и слушать никого не захотела.

Изучила за неделю, как сама выразилась, «здешнюю аудиторию». И — сама подсела за ученический столик к самой скромной и незаметной – Тане Смирновой.

Эта девочка была из такой бедной семьи, что никто даже завидовать ей не стал.

Скорее, наоборот!

«Хоть полегче-то ей жить теперь будет!» — решили всем (или почти всем) классом.

И стали за глаза называть ее «Золушкой».

А дочь мэра стала водить свою новую подругу в свой роскошный, больше похожий на замок, дом.

В принадлежавшее матери детское кафе «Пингвин», где угощала пирожными и мороженым.

Пригласила даже на юбилей отца, куда приехал сам губернатор.

Она щедро делилась своими нарядами с никогда ничего не просившей, но и не отказывавшейся Таней.

Играми.

Мобильными телефонами.

Дорогими авторучками.

Подарила совсем маленький, но который был помощней даже больших, компьютер.

А на каникулах обещала взять ее отдыхать в самое лучшее на земле место, куда она, как всегда, поедет с родителями!

Одноклассницы дружно советовали Тане:

— Глупая! Чего ждешь? Что ты теряешься? Скорей пригласи ее тоже в гости! Увидит, в какой тесноте и нищете вы живете, скажет одно только слово отцу. И будет у вас и новая квартира, дача, машина, и все-все-все остальное!

Но та лишь отмахивалась.

И даже адреса, где живет, не говорила своей подруге.

А дочь мэра, из гордости, сама не напрашивалась.

Когда же через год-другой мэр, как это порой бывает, с громким газетным треском и телевизионным шумом был снят с должности, в классе все стали сторониться даже его дочери.

Одна лишь Таня осталась верной их дружбе.

И первый раз пригласила ее в гости к себе домой…

Заглавие, перо, лист, пергамент

ЧТО БУДЕТ?..

Шли из храма три друга.

Литургию отстояли, исповедались, причастились.

В воскресной школе открыли для себя много нового.

Хотя и учились в ней уже целых три… даже – три с половиной — года.

Шли сквозь сутолоку и суету куда-то спешащих с сосредоточенными лицами и просто так бредущих людей.

Под крикливую громкую музыку, гремевшую из летних кафе и ресторанчиков.

Мимо висевших повсюду ярких, броских, назойливо старавшихся попасть прямо на глаза, реклам, предлагавших в основном то, что прямо противоречило евангельским заповедям.

Шли они, шли…

Не сговариваясь, думая об одном и том же, что слышали во время чтения Евангелия на Литургии:

«Сын человеческий, пришедши, найдет ли веру на земле?»[2]

И вдруг один из друзей сказал:

— А что было бы, если бы посреди всего этого вдруг появился Христос?

— Вдруг? – с недоумением посмотрел на него второй. – Ты думаешь Он и так сейчас не здесь? Только незримо… Вот мы идем, молимся Богу, а ведь Им Самим сказано, что если двое или трое соберутся во имя Его, то и Он будет посреди них![3] К тому же, в нашем городе столько храмов!

— Это понятно, — согласно кивнул первый. – Но я о том, как бы повели тогда себя все люди, особенно те, которые не ходят в эти храмы?

Второй, подумав, ответил:

— Кто-то, конечно бы, сразу же бросился перед Ним на колени и стал каяться, умолять о спасении. Кто-то, как и две тысячи лет назад, закричал «Распни!»

— Распять бы, конечно, не распяли – эту казнь, как сказал сегодня батюшка на занятиях, отменил еще в четвертом веке святой равноапостольный царь Константин. – напомнил первый. — Но…

Так и не решив за всех людей, как бы, действительно, они тогда поступили, два друга взглянули на третьего, отличавшегося ясным, быстрым умом, но неспешного на слова:

— А ты что молчишь?

Тот лишь вздохнул.

И, наконец, как всегда не сразу, сказал:

— Надо думать не о том, что было бы. А – что будет, когда Христос придет во всей Своей силе и славе[4]. Когда, как сказано в Святом Евангелии, «солнце померкнет и луна не даст света своего; и звезды спадут с неба, и силы небесные поколеблются…»[5] И придется держать ответ перед вечной участью – всем. Кто знал об этом – ведь храмы открыты сегодня для каждого. И даже не знал…

____________________

[2] (Лк.18:8).

[3] В Евангелии об этом сказано так: «Ибо где двое или трое собраны во имя Мое; там Я посреди их». (Мф.18-20).

[4] «Тогда явится знамение Сына человеческаго на небе; и тогда восплачутся все племена земные, и увидят Сына человеческаго, грядущаго на облаках небесных с силою и славою великою.» (Мф.24:30).

[5] (Мк.13:24-25).

Август – октябрь 2015 г.

 

Окончание с узором

ШКОЛА ДОБРОДЕТЕЛЕЙ. Рассказы. Книга III. Страница 1-я

ШКОЛА ДОБРОДЕТЕЛЕЙ. Рассказы. Книга III. Страница 2-я

ШКОЛА ДОБРОДЕТЕЛЕЙ. Рассказы. Книга III. Страница 3-я

Перо, пергамент, зазлавие, окончание

<< На главную страницу                На рубрику монаха Варнавы>>


Дорогие братья и сестры! На нашем сайте изменены правила чтения Молитв по соглашению, Акафистов по соглашению и Домашнего сорокоуста. Если ранее мы рекомендовали нашим посетителям брать благословение на чтение молитв и акафистов у священника Димитрия Синявина, то теперь благословение брать не требуется. Русская Православная Церковь дает общее разрешительное благословение на многодневное чтение молитв и акафистов. Посему, если Вы пожелаете присоединится к молитвам по соглашению и Домашнему сорокоусту, то Вам нужно просто начать чтение выбранного Вами правила в указанное время – вместе с нами.

Также доводим до Вашего сведения, что отец Димитрий Синявин, в связи с большой занятостью (а он является настоятелем двух храмов, Казанского и Троицкого), к сожалению, больше не трудится на нашем сайте. На вопросы отвечает священник Никифор Захаров.

Храни Вас Господи!

С уважением, Администрация сайта "СЕМЬЯ И ВЕРА".

Ваш комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Передать письмо с просьбой к мощам св. Петра и Февронии
Совместные молитвы по соглашению — давайте молиться вместе!
Молитва по соглашению Домашний сорокоуст Акафисты по соглашению
Записки в Храм
Записки О здравии Молебны святым, Господу, Богородице Молебен святителю Николаю Молебен святой Матроне
Святая Матрона — наша заступница!

Рубрика святой Матроны Московской

Письма-записки, цветы и свечи, к мощам блаженной Матроны

Молебны перед святынями
Молебен пред мощами мученика Виктора 2 Молебен пред Гробницей Божией Матери