Военная присяга

Об отношении родителя к воинской обязанности сына

Добрый день, дорогие посетители нашего православного островка «Семья и Вера»!

Наверняка многие из нас задавались таким непростым вопросом: Как вести себя по отношению к воинской обязанности своих сыновей?

Вопрос действительно сложный, и требует ответа опытного священника, каким и является протоиерей Максим Козлов.

«Мы знаем историческое отношение Церкви к армии, к воинскому долгу, — отвечает о. Максим. — Мы знаем о благословении российских воинов нашими святыми, преподобными, о существовании Института военного духовенства в Российской империи.

И мы знаем, что никакого пацифистского пафоса в историческом христианстве нет. Собственно, его не было изначально. В Евангелии Иоанн Предтеча на вопрос воинов: нужно ли им оставлять свое занятие, дает ответ, лишь ограничивающий их от беззаконий, неправд и насилий, но не призывающий, исходя из принципов веры, оставить военную службу: «никого не обижайте, не клевещите, и довольствуйтесь своим жалованьем» (Лк. 3, 14).

Мы знаем из Житий мучеников многих стратилатов или стратигов, исповедовавших себя христианами и принявших мученический венец, что они принимали его не за отказ служить в армии (многие из них, кстати, были воинами, в том числе и в языческой армии), а за отказ совершать языческие обряды, то есть переходить ту грань, недопустимую для православного христианина в отношении веры.

Но собственно военной службы или самого участия в военных действиях это никак не касалось. Так что с принципами все достаточно ясно. Что же касается реального применения этих принципов к жизни, то жестоко было бы однозначно сказать матери-христианке, как, впрочем, и любой матери, что она не имеет права печься о том, чтобы ее сын был хотя бы как-то обезопасен, чтобы хотя бы какие-то если не гарантии, то смягчения его участи при призыве на военную службу имели место.

Другое дело, что (и здесь скорее речь идет не о воцерковленности ребенка, а о вере самих родителей) по-настоящему крепко верящие в Бога и вверяющие Ему своих детей родители не пойдут на то, чтобы толкать их к тому, что является явным грехом и неправдой.

А явным грехом и неправдой в данном случае будет нарушение не только государственного закона, но и всегдашней мужской обязанности — не уклоняться от воинской службы, когда на то падает твой долг.

Если говорить о смягчении и разумном устроении прохождения воинской службы, то, скажем, в нынешней ситуации для большинства воцерковленных православных людей возможно определение своих детей через Синодальный отдел по сотрудничеству с Вооруженными силами в те воинские части, где они будут служить вместе со своими единоверцами и где не будет всего того, чего мы, может быть, больше всего в армии боимся: не столько самой воинской службы, сколько того, что и старослужащие, и те, кто оказался рядом с нашими детьми, будут унижать их и издеваться над ними, и что они не смогут всего этого вынести.

Есть еще один путь для тех,. кто боится служить рядовым, — получить высшее образование, которое во многих случаях сопряжено с получением той или иной воинской специальности, и пройти свой срок служения в качестве офицера, что заведомо снимает саму возможность всех этих неуставных ситуаций.

Хотя чаще всего те, кто говорит, что они именно из-за них, да еще из-за того, что жить в казарме не могут, не идут на службу в армию, но даже став лейтенантами, не пойдут служить и после вуза, а поспешат в аспирантуру или обзаведутся двумя детьми, хотя и с тем; и с другим с удовольствием бы повременили. Ну, конечно, назвать это подлинно нравственным применительно к православному человеку нельзя».

 << На главную страницу                                  Вопросы священнику >>