Монах Варнава Санин - русская картина

ТАЙНЫЙ СВИТОК
(маленькая поэма)

Мир Вам, дорогие посетители православного сайта «Семья и Вера»!

Как в недавнее советское время, так и в первые 3 столетия нашей эры, христианская вера предавалась насмешкам и, более того, обрастала страшными небылицами-легендами. О христианах говорили не иначе, как о самых отъявленных преступниках – врагах народа и государства! Вся эта клевета зарождалась в элите власти и распространялась среди народа, который с легкостью верил этой лжи…

Правда, среди народа были и думающие люди с добрым и возвышенным сердцем, которые анализируя басни-легенды о христианах, и сопоставляя их с самими христианами, приходили к противоположному выводу, а затем и вовсе принимали веру в Господа нашего Иисуса Христа!

Известный российский писатель и поэт – монах Варнава (Санина), посвятил небольшую поэму «Тайный свиток» этой святой и возвышенной теме, которую мы ниже и прилагаем для поэтического прочтения.

Заглавие

ТАЙНЫЙ СВИТОК
(маленькая поэма)

Автор – монах Варнава (Санин)

Окончание

1

УзорыУ императора Траяна
День начинался, как всегда:
Префект докладывал пространно —
Где, что и как, куда, когда…

«Все?» — императору казалось,
Что зря он пил вчера вино.
«Да, то есть, нет… еще осталась, —
Префект замялся, — малость, но…»

«Но?» — неприятно удивился,
Привычный к точности Траян.
«Да, книжный свиток появился
С пророчествами христиан!»

Префект сказал с лицом суровым:
«Они пугают мир огнем,
Зовут нас грешниками — словом,
Блудницей Рим обозван в нем!»

«Что Рим, действительно, блудница, —
Зевнул Траян, — то не секрет.
Но, чтобы нам не умалиться,
Казните автора в ответ!»

Узоры«Его уж нет! Ушел от пытки, —
Вздохнул префект, — и от всего…»
«Так значит, разыщите свитки,
И все в огонь до одного!»

Префект подумал: «Разве можно
Исполнить, что сказал Траян?»,
Взглянул на цезаря тревожно:
Но тот, как будто, был не пьян…

А то беда с хмельным Траяном!
Ведь он, бывало, на пиру
Такое мог велеть всем странам,
Что сам не верил поутру!

Хвала богам, что очень мудро
Он поступил, издав указ,
Что недействительны наутро
Его приказы с пьяных глаз.

И, хоть тот свиток был, понятно,
Не беглый раб иль вор с ножом,
Префект ответил четко, внятно:
«Найдем! Накажем! И сожжем!»

Окончание

2

УзорыК владельцу римской книжной лавки
Спустя два дня ворвался друг.
Здесь не было толпы и давки.
Лишь свитки в тубусах вокруг…

Друг явно чем-то был встревожен —
Как будто шел за ним палач.
Он свиток, словно меч из ножен,
Достал, протягивая: «Спрячь!»

«Что это — тайное изданье? —
Спросил с улыбкой продавец. —
Зачем? При цезаре Траяне
Свобода слова, наконец!»

«Да-да, — сказал друг в нетерпенье, —
Ты прав: во всем хорош Траян.
При нем настало облегченье
Для всех, но… не для христиан!»

Хозяин лавки засмеялся:
«Так шутишь только ты один!»
УзорыНо друг молчал, и он замялся:
«Ты что — и впрямь христианин?!»

Пришедший, зная, что за это
Над ним нависнет тень суда,
Не отклоняясь от ответа,
Сказал владельцу лавки: «Да!»

Тот отшатнулся от испуга,
Улыбка с губ его сползла,
И он в упор взглянул на друга
Так — как на воплощенье зла!

«Хвала богам, что нас тут двое!
Тебя я уважаю, но
Про вас все говорят такое,
Что даже повторять грешно!

Ты — умный человек, патриций,
Имеешь все в своей судьбе:
Дом в Риме, виллу под столицей…
Скажи, зачем это — тебе?!»

УзорыХозяин книг уж, похоже,
Не рад и встрече с другом стал.
Он сделался надменней, строже
И с отвращеньем прошептал:

«Все это глупо и нелепо…
Я знаю, по людской молве,
Что поклоняетесь вы слепо,
Прости, ослиной голове!

И службы ваши, знаю точно,
Идут тайком от чуждых глаз,
Чтобы не знали, как порочно
Они проходят каждый раз!»

Он помолчал и, хмуря бровью,
Сказал: «Но то вина не вся —
Вы наслаждаетесь там кровью,
Младенцев в жертву принося!»

Владельца лавки терпеливо
Дослушал его старый друг,
УзорыИ — медлить было неучтиво —
Он улыбнулся ему вдруг.

«Да, собираемся мы тайно, —
Ответил он спокойно, — но
Так поступаем не случайно:
Ведь это нам запрещено!

На службах же, на самом деле
Смиренно, с верою большой —
Я уж не говорю о теле —
Мы очищаемся душой!

Для нас ведь главное — спасенье,
И потому на службах мы,
Христово славя Воскресенье,
Поем молитвы и псалмы!

От вечера и до рассвета
Мы дружно молимся за всех,
Чтим Бога нашего, и это —
УзорыПо-твоему, великий грех?»

«Ну, раз такая ваша вера, —
Сказал хозяин, — свиток твой
Я в тубусе из-под Гомера
Запрячу в дальний угол свой.

Старик Гомер — увы! — не в моде!
Он, словно пыль былых веков…
Теперь читают что-то вроде
Развратных басен и стихов!

Так что за свиток будь спокоен:
С ним не случится ничего.
Но, хоть я, может, не достоин,
Мне… можно прочитать его?»

«Конечно!» — друг кошель привычно
Достал, тесемку развязал.
Но тут хозяин необычно
Серьезным стал и так сказал:

«А ну-ка, спрячь кошель подальше!
Ступай и время зря не трать!
Я говорю тебе без фальши:
Не буду с друга денег брать!»

Окончание

3

УзорыПрошло полгода… Для Траяна
Настал черед больших забот:
Из войн, что были беспрестанно,
Триумфов и других хлопот.

Тогда к владельцу книжной лавки
Опять зашел старинный друг.
Здесь не было толпы и давки:
Лишь свитки в тубусах вокруг…

Хозяин сразу оживился.
И, всех писцов отправив вон,
«Ну, наконец-то, появился!» —
Воскликнул с облегченьем он.

«Жив! Цел! Поверь, это немало
Для вас по нашим временам!»
«Да, всякое, мой друг, бывало,
Но — с Богом все не страшно нам!»

Тут в лавку вдруг плебей примчался
За книгой, чтоб герой был — вор.
УзорыСхватил ее, — и продолжался
Незавершенный разговор.

«Как свиток? — Друг спросил тревожно,
И не скрывал даже загар
Волненья бледности: — Возможно —
Это последний экземпляр!»

«Да что могло с ним приключиться? —
Пожал плечами книжный друг. —
Он так веками мог пылиться,
Конечно, если не пожар бы вдруг…

Лежит среди нагроможденья
Добра и зла, средь правды, лжи…
Его я без предубежденья
Прочел, и вот что мне скажи:

Что это?! Я такого слова
Не видел за полсотни лет!..»
«То — Иоанна Богослова
Узоры“Апокалипсис”», — был ответ.

«Великий труд! Хоть книга эта
Была мне непонятна пусть,
Я здесь постиг всю мудрость света.
Гомера знаю наизусть,

Читал пророчества Сивиллы,
И Пифагора изучал,
Но столь величественной силы
Еще ни разу не встречал.

Пред этим свитком — жалкий лепет
Все, что читать мне довелось.
Впервые в жизни страх и трепет
От книги испытать пришлось!

Скажи, неужто, в самом деле
Придут такие времена,
Что мир сгорит, и неужели
Душа для счастья создана?!»

Узоры«Да, воля такова Господня,
Что Он — единственный наш Свет.
И вот теперь тебе сегодня
На давний твой вопрос ответ:

Да, я действительно патриций,
Вся моя жизнь — сплошной досуг:
Дом в Риме, вилла под столицей…
Но это все не вечно, друг!

Сам рассуди: лет через двести,
Или две тысячи, у нас
Не будет ни богатств, ни чести,
Всего, что важно нам сейчас!

Царь, раб, поэт или философ —
Исчезнет каждый без следа.
И вот тебе вопрос вопросов:
Все кончится — и что тогда?

Тебе, конечно же, известно,
Что жизнь — всего лишь краткий миг.
УзорыУ нас об этом, если честно,
Есть, кроме этой, много книг.

И среди них — всех книг Итогом,
Открою тебе тайну, есть
Дарованная людям Богом,
На все века — Благая Весть!»

«Какая? Где?!» — хозяин лавки
Дышать в волненье перестал,
Но друг вдруг изучать прилавки,
Казалось бы, случайно стал.

Затем он поглядел на вазу
И молвил, гладя нежный лак:
«Конечно, можно бы и сразу,
Но лучше сделаем не так…

Я за тебя, по старой дружбе,
Перед своими поручусь,
Чтоб смог ты сам, побыв на службе,
Понять, к чему я так стремлюсь!»

Владелец благодарным взором
Взглянул на друга своего,
Взял тубус с дорогим узором,
Чтоб свиток положить в него…

И потекла его земная
Жизнь — до принятия венца…
Но то — история иная,
Которой вечно нет конца!

2008 г.

Заглавие

“ВСТРЕЧА Том-II”. Баллады. 4-я часть

“ВСТРЕЧА Том-II”. Баллады. 5-я часть

“ВСТРЕЧА Том-II”. ПЕСНЬ О РУССКОЙ ЗЕМЛЕ

конец

<< На главную страницу                На рубрику монаха Варнавы >>