В этот день 1915 года император Николай II принял непростое решение. Обязанности главнокомандующего армией в войне с Германией он взял на себя.
Первая Мировая война
Первая Мировая война перетряхнула всю Европу, а Россию – в особенности. В войну страна вступала, как одна из самых стабильных, а закончилось все свержением самодержавия и чередой революций. И как считают некоторые, один из поворотных моментов случился в конце 1915 года, когда государь Николай II лично принял командование армией. К лету 1915 года ситуация на фронте была очень сложной – русская армия проводила «Великое отступление».
«Весна 1915 года останется у меня навсегда в памяти. Великая трагедия русской армии – отступление из Галиции. Ни патронов, ни снарядов. Изо дня в день кровавые бои, изо дня в день тяжкие переходы, бесконечная усталость – физическая и моральная; то робкие надежды, то беспросветная жуть…», – вспоминал генерал Деникин.
Главнокомандующим русской армии был дядя императора Николай Николаевич – опытный военный, очень популярный среди солдат и офицеров. Но великий князь был уже морально сломлен. Он сам просил государя об отставке, и получил ее. Тогда-то император и стал главнокомандующим всей армии. Он хотел сделать это еще в начале войны, но тогда против этого выступило правительство. Тем не менее, Николай II все равно деятельно участвовал в жизни армии, приезжал в Ставку и получал информацию обо всем происходящем на фронте.
Главнокомандующий Николай II
На решение императора повлияли еще несколько причин. Во-первых, заменить надо было великого князя из дома Романовых – Николая Николаевича деликатно отправили на Кавказский фронт. Во-вторых, царь действительно считал своим нравственным долгом, своим крестом, взять в такой ситуации ответственность на себя. Впрочем, он сразу же назначил главой штаба генерала Михаила Алексеева – способного полководца, который де-факто руководил армией. Император старался без нужды не вмешиваться в решения, потому что понимал, рядом с ним специалист очень высокого уровня.
«Я крайне приветствовал вступление государя на путь верховного командования, зная, что начальником штаба будет генерал Алексеев. Это для меня являлось гарантией успеха в ведении войны, ибо фактически начальник штаба верховного командования является главным руководителем всех операций», – писал в воспоминаниях Колчак.
В целом прибытие императора в действующую армию успокоило ситуацию – фронт надолго стабилизировали.
«С Государем спокойнее. Его Величество дает указания, столь соответствующие боевым стратегическим задачам, что разрабатываешь эти директивы с полным убеждением в их целесообразности. Государь не волнуется. Он прекрасно знает фронт и обладает редкой памятью», – рассказывал Алексеев.
Сам государь работал без устали, как ему велело внутреннее чувство, объезжал госпитали, тестировал противогазы, поднимал боевой дух солдат. А еще благодаря высочайшему вмешательству наладили поставки патронов и провианта – страна встала на военные рельсы. Все это дало почву для подготовки будущего успешного Брусиловского прорыва. Однако чем больше государь был в Ставке, тем меньше в столице. А в тылу зрела революция. Государь мало встречался с министрами, мало влиял на политическую жизнь в столице. В решающий момент первых революционных выступлений его так не хватило в Петербурге…
После вынужденного отречения императора, главнокомандующим снова стал Николай Николаевич – но и он ушел через неделю. Началась настоящая чехарда и настоящий беспорядок. На два месяца главным стал Алексеев, потом его сменяли Брусилов, Корнилов и даже сам Керенский. Такой хаос в руководстве привел к закономерному итогу, к октябрю 1917 года.
