Здравствуйте, дорогие братья и сестры!
В Нижегородской губернии, в Ардатовском уезде, в своем родовом имении, в селе Нуча, жили сироты, брат с сестрой, дворяне-помещики Михаил Васильевич и Елена Васильевна Мантуровы. Михаил Васильевич много лет служил в Лифляндии на военной службе, женился там, но затем так сильно заболел, что вынужден был оставить службу и вернуться в свое имение. Елена, гораздо моложе по годам своего брата, была веселого характера и мечтала о светской жизни и скорейшем замужестве, но в 17 лет неожиданное происшествие полностью переменило ее жизнь.
Преподобная Елена Дивеевская
В уездном городе Княгинине явился Елене Васильевне огромный страшный змий. Из его пасти выходило пламя. Ей показалось, будто змий поглотит ее. Змий спускался ниже и ниже. Елена уже ощущала его дыхание, и тогда она закричала: «Царица Небесная, спаси! Даю тебе клятву никогда не выходить замуж и пойти в монастырь».
Страшный змий тотчас взвился вверх и исчез. После этого Елена Васильевна, чудесно спасенная от врага человечества, совершенно изменилась в характере. Она сделалась серьезной, настроенной духовно и стала читать священные книги. Мирская жизнь была ей невыносима, и она жаждала поскорее уйти в монастырь и совсем затвориться в нем.
Молодая дворянка поехала в Саров к отцу Серафиму просить его благословения на поступление в монастырь. Но батюшка сказал ей: «Не монастырь путь твой, ты замуж выйдешь, и жених у тебя будет преблагочестивейший».
Елена Васильевна уехала, огорченная, и, вернувшись домой, много молилась, плакала, просила у Царицы Небесной помощи и вразумления. Чем больше она плакала и молилась, тем сильнее разгоралось в ней желание посвятить себя Богу. Много раз она проверяла себя и все более и более убеждалась, что все светское, мирское ей не по духу. Несколько раз Елена Васильевна ездила к отцу Серафиму, но он повторял, что она должна выйти замуж.
Так целых три года батюшка Серафим готовил ее к предстоящей перемене в ее жизни и к поступлению в Дивеевскую общину. И, наконец, сказал ей: «Ну что ж, если уж тебе так хочется, то пойди вот, за 12 верст отсюда есть маленькая общинка матушки Агафьи Семеновны, полковницы Мельгуновой, погости там, радость моя, и испытай себя».
Елена Васильевна в радости поехала из Сарова прямо в Дивеево. В ту пору ей было 20 лет. А через месяц после приезда Елены Васильевны в Дивеево батюшка Серафим потребовал ее к себе и сказал: «Теперь, радость моя, пора уже тебе и Женихом обручиться».
Только тогда Елена поняла, о каком Женихе говорил батюшка Серафим. Он имел в виду Небесного Жениха, Самого Господа Иисуса Христа. Не помня себя от радости, она возвратилась в Дивеево и, надев все монашеское, продолжила непрестанно молиться в постоянном созерцании и совершенном молчании. Хотя Елена Васильевна до конца своих дней жила в Казанской общине, мельничным сестрам батюшка говорил о ней: «Госпожа ваша, начальница». Но это так смущало юную подвижницу, что она повторяла: «Всегда и во всем слушалась я вас, но в этом не могу. Лучше прикажите мне умереть у ног ваших».
Несмотря на то, что считалась она начальницей Мельничной обители, наравне с другими сестрами трудилась на послушаниях, исполняла многие самые трудные поручения. Когда батюшка Серафим благословил сестер копать канавку по указанию Царицы Небесной, он говорил приходящим к нему сестрам: «Начальница-то, госпожа-то ваша, как трудится? А вы, радости мои, поставьте ей шалашик, палатку из холста, чтобы отдохнула в ней госпожа-то ваша от трудов».
Необыкновенно добрая от природы, она тайно творила милость. Зная нужду многих бедных сестер, а также нищих, Елена Васильевна раздавала им все, что имела, что получала от других, но незаметно. Бывало, идет мимо или в церкви, и даст кому-нибудь что-нибудь, говоря: «Вот матушка такая-то просила меня передать тебе».
Вся пища ее заключалась обыкновенно в печеном картофеле да лепешках, которые висели у нее на крылечке в мешочке. Сколько их не пекли, всегда не хватало. «Что за диво, – говорила бывало ей сестра-стряпуха, – сколько лепешек тебе наложила, куда же они девались?»
«Ах, родная! – кротко отвечала ей Елена Васильевна. – Ты уж прости меня, Христа ради, матушка, да не скорби на меня. Что же делать? Слабость моя. Уж очень я люблю их. Вот все и поела».
Спала она на камне, прикрытом лишь плохим ковриком. Со времени освящения Рождественских храмов батюшка Серафим назначил Елену Васильевну на послушание в храме. Для этого попросил саровского иеромонаха отца Илариона постричь ее в рясофор. Она безвыходно пребывала в церкви, читала по шесть часов подряд Псалтирь, так как мало было грамотных сестер, и ночевала поэтому в церкви, немного отдыхая в сторонке.
Непостижима ее смерть. Брат Елены Васильевны, Михаил Мантуров, был вылечен батюшкой Серафимом от тяжелой болезни. По его благословению Михаил Васильевич продал свое имение, отпустил на свободу крепостных и, сохранив до времени деньги, поселился на купленной Еленой Васильевне земле. Ему было строжайше заповедано хранить ее и после смерти завещать Серафимовой обители. Впоследствии на этой земле в 1848 году был заложен, а в 1875 году построен и освящен главный собор Дивеевской обители в честь Святой Троицы.
Всю жизнь Михаил Васильевич Мантуров терпел унижения за свой евангельский поступок, но он переносил все безропотно, молча, терпеливо, смиренно, кротко и с необычайной верой святому старцу. Всего себя и всю свою жизнь, придав в руки преподобного Серафима, он во всем беспрекословно его слушался, не делая шага без его благословения. А батюшка все, касающееся устройство Дивеева, поручал только ему одному. Все это знали и свято чтили Мантурова.
Когда Михаил Васильевич тяжело заболел и был на пороге смерти, отец Серафим призвал к себе Елену Васильевну. Старец сказал ей: «Умереть надо ему, матушка, а он мне еще нужен для обители-то нашей. Так вот и послушание тебе. Умри ты за Михаила-то Васильевича».
«Благословите, батюшка», – смиренно ответила она. После этого батюшка Серафим долго беседовал с ней.
«Батюшка, я боюсь смерти», – призналась Елена.
«Что нам с тобой бояться смерти? Для нас с тобой будет лишь вечная радость».
И как только она шагнула за порог батюшкиной кельи, тут же и упала. Батюшка привел ее в чувства, но дома она слегла в постель со словами: «Теперь я уже более не встану».
Перед кончиной Елена Васильевна сподобилась многих чудесных видений. Царица Небесная показала ей обители Небесного Дивеева. Она скончалась накануне праздника Пятидесятницы, 27 лет от рождения, пробыв в Дивеевской обители всего 7 лет. На другой день, в саму Троицу, во время заупокойной литургии и пения Херувимской песни, все находившиеся в храме увидели, как Елена Васильевна, как живая, три раза радостно улыбнулась в гробу. Батюшка сказал: «Душа-то ее, как птица, вспорхнула. Херувимы и Серафимы расступились».
Матушку Елену похоронили рядом с могилой первоначальницы, матушки Александры, с правой стороны Казанской церкви. Не раз на этом месте хотели хоронить мирских людей, но могила всегда заливалась водой. Когда же хоронили праведницу и молитвенницу преподобную Елену, это место оставалось сухим.
Житие преподобной Елены Дивеевской
