Мир Вам, дорогие посетители православного сайта «Семья и Вера»!
Вера – это религиозное чувство и дар Божий. Господь говорит: «Веруйте в Бога и в Меня веруйте» (Ин. 14:1). Он не заповедует ничего неисполнимого, того, чего не можем достичь. Но во всем нам нужна Его благодать, Его помощь. «Без Меня не можете делать ничего» (Ин. 15:5). И в данном случае мы должны понять, что Господь нам нужен.
Помните, о чем апостолы Его просили: «Умножь в нас веру» (Лк. 17:5). Укрепляется же наша вера, кроме прочего, тогда, когда мы с детской верой предаемся Промыслу Божиему, то есть заботе Господа о нас; «как очи рабов обращены на руку господа их, как очи рабы – на руку госпожи ее, так очи наши – к Господу, Богу нашему, доколе Он помилует нас» (ср. Пс. 122:2). Мы должны иметь доверие к отеческому попечению Бога о нас. Старец Иосиф наставлял быть «твердоверующими», иметь «веру созерцания» («вера созерцания» – в отличие от «веры слышания», то есть начальной веры, это основанная на личном опыте жизни уверенность в отеческой заботе Бога о нас. Человек, имеющий такую веру, буквально видит, «созерцает» десницу Господа в своей ежедневной, ежеминутной жизни, и поэтому никогда не сомневается, не малодушествует. Старец Иосиф очень много говорил и писал об этом. Но не будем забывать, что наша вера обязательно должна подтверждаться нашими делами, иначе будет похожа на веру демонов, которые хотя и веруют, но только трепещут (Иак. 2:19). Святой Диадох пишет: «Как вера без дел, так и дела без веры одинаково будут отвержены», то есть и та вера, которая не будет доказана делами, и те дела, которые не истекают от веры, будут отвергнуты Богом.
Есть ли мера тех дел, которые делают нашу веру живой, истинной?
«Сие надлежало делать, и того не оставлять» (Мф. 23:23; Лк. 11:42). Тот, кто любит Бога, должен любить и своего брата (ср. 1 Ин. 4:21). Эти две любви, к Богу и к ближнему, взаимосвязаны и взаимозависимы. Настоящее боголюбие приносит настоящее человеколюбие. Если человек своей целью ставит не очищение сердца от греховной скверны, а только исполнение добрых дел, даже миссионерского служения, то рискует стать исполняющим слова Христа: «Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит» (Мф. 16:26). Не достаточно быть общественным деятелем, альтруистом, важно стать «нужным» для самого себя, и потом становится нужными и для других (см. Прем. 9:12).
Преподобный Исаак Сирин советовал полюбить праздность безмолвия больше, чем насыщение голодных в миру. Того же мнения был и преподобный Силуан Афонский, считая самым высоким служением миру молитву о людях. Но и апостолы не то же ли самое говорили? «Нехорошо нам, оставив слово Божие, пещись о столах» (Деян. 6:2), и поэтому предпочли посвятить себя молитве и проповеди слова (ср. Деян. 6:4).
Теплохладность хуже холодности в вере?
Теплохладность скрывает в себе иллюзию того, что у нас все в порядке. Человек не признает, а поэтому и не видит по-настоящему своей греховной болезни, своей немощи. Причина же кроется в том, что «ибо он угодил себе в глазах своих, будто отыскивает беззаконие свое, чтобы возненавидеть его» (Пс. 35:3), то есть хитро, лукаво ослепил себя своей волею, чтобы не видеть своего греха и не возгнушаться им, и поэтому «не гнушается злом» (Пс. 35:5), то есть не отвернулся от зла, не отвергает его. В этом есть некий вид и самолюбия, и самообмана, с отсутствием чувства греховности. Самодовольство, говорил старец Софроний (Сахаров), является началом неудачи, провала, краха духовной жизни человека. И святые отцы предпочитали падение со смирением, нежели благосостояние с гордостью.
Архимандрит Ефрем
