Здравствуйте, дорогие братья и сестры!
Сегодня мы с вами посетим Оптину пустынь. Как прекрасна она весной и ранним летом. Красота природы здесь дивно сочетается с немеркнущим светом православной духовности. Расскажем мы вам о том смиренном монахе, который заронил в этой обители первые ростки святости. Это преподобный Моисей Оптинский.
Преподобный Моисей Оптинский
Родился он в конце XVIII века в уютном городе Борисоглебске. Семья была купеческой, богатой, но к Церкви весьма тяготела, ведь и два брата будущего старца Моисея впоследствии стали иноками. Как же узнали они про Оптину пустынь? В то время этот монастырь ничем особо не выделялся. Но киевский митрополит Филарет очень любил эту обитель и решил создать при ней скит со строгим уставом жизни. Он и упросил отца Моисея, уже 18 лет подвизавшегося в рославльских лесах, переселиться в Оптину пустынь и начать устройство скита в честь святого Предтечи и Крестителя Господня Иоанна, а затем принять настоятельство над всем монастырем.
Не ошибся владыка Филарет в своем выборе. Преподобный Моисей был для монахов, прежде всего, любящим отцом. «Кто такие иноки? – нередко повторял он. – Они как дети, и относиться к ним надо с теплотой и лаской. А потому все их погрешности должен я принимать на себя, и каяться, как за свои собственные, дабы не судить их строго и гневом отнюдь не воспламеняться».
Потому и неудивительно, что старец Моисей, день и ночь не покладавший рук ради блага обители, был чрезвычайно молчалив. Придут, бывало, к нему ссорящиеся братья. Один другого обвиняет в каком-нибудь проступке. Примет их отец Моисей с радушием и долго-долго молча смотрит на них. А глаза у него светятся такой добротой, что как-то и неловко в его присутствии продолжать спор. «Монашество требует смирения и терпения, – кротко заметит он им. – А когда кто скажет: «Прости Бога ради», – то все кончено, нет больше места раздору». И устыдятся братья своей вспыльчивости и начнут друг другу наперебой говорить: «Прости меня Бога ради». «Ну вот, – ответит им отец Моисей, – вижу я, что вы и без меня помирились».
Однажды некий оптинский монах впал в грех. Пришел к своему духовнику, а тот ему: «Вон из монастыря!» И весь сказ. Монах был на грани отчаяния, но кто-то посоветовал ему сходить к отцу Моисею. Подошел тот к настоятельской келье, растворил дверь и громко спросил:
«Настоятель, входят ли к тебе грешники?»
«Да, входят, если грешник верует и раскаивается, – ответил отец Моисей. – А ты веруешь ли, раскаиваешься ли?»
«Верую и раскаиваюсь», – ответил монах.
«А если веруешь, становись со мною и молись».
Встал отец Моисей перед иконами, поставил рядом с собой и этого несчастного. И начали они усердно молиться. И так сильна была молитва преподобного старца, что пришедший монах так и упал, залившись слезами.
«Ну, теперь иди с миром», – сказал ему настоятель, когда молитва была окончена.
«А как же служить-то мне теперь со грехом?» – в недоумении спросил монах.
«Принимаю твой грех на себя, – объявил ему отец Моисей. – Иди и служи».
Господь за такую милость вознаграждал мудрого настоятеля глубоким внутренним миром. Однажды в монастырской гостинице случился пожар. Ветер был сильный, и пламя стремительно распространялось. Но отец Моисей со спокойствием благословил вынести чудотворную Казанскую икону Божьей Матери и встал с ней именно против ветра, хоть это было и небезопасно. И что поразительно – через несколько минут порывы ветра, будто гонимые могучей силой, понеслись совсем в другую сторону. Пожар быстро потушили, и начали было хвалить старца за его выдержку. А он не переставал корить себя: «Все эти беды – плоды моих грехов».
А когда приблизились дни его отшествия из мира сего, то просияло лицо старца, как солнце. И вся братия не могла оторваться от его светозарного лика. Таким и отошел он в вечность. Счастлива Оптина пустынь, да и вся наша земля, что есть у нее сей светлый молитвенник преподобный Моисей Оптинский. Дай Господь и нам носить в себе частицу этого небесного сияния.
Храни вас Господь, дорогие братья и сестры!
Оптинские старцы ближе, чем мы думаем
