Любовь

Какая разница между влюбленностью и любовью, и между любовью и страстью?

Добрый день, дорогие наши посетители!

Какая разница между влюбленностью и любовью, между любовью и страстью? Одни годами ждут большого чувства, а другие выбирают себе супруга из тех, кто рядом. Кто прав? И как быть, если кажется, что ты вообще не способен на любовь, нужно ли продолжать ждать и надеяться встретить нужного тебе человека?

Отвечает протоиерей Максим Козлов:

«Как правило, страсть – это то, что для себя, то, что мне, то, что я хочу, без чего я не могу, а любовь – это то, что я готов отдать другому. Еще в дохристианскую эпоху Аристотель дал точное определение любви: это «желание другому блага». А для христианина любовь – это жизнь ради блага другого. И если он скажет: хочу ему (ей) не просто земного счастья, но вечность благую, и больше мне ничего не нужно – вот это и есть любовь. А если он скажет, что хочет того же самого, но только вместе с ним самим и вынь да положь, то это страсть.

И еще. Любовь может оказаться трагедией, внутренней драмой для человека в случае неразделенности или в случае страшной болезни любимого, а страсть – это беда, которую человек приносит в жизнь другого, от чего прежде всего страдает тот, а уж он сам постольку-поскольку.

Разумеется, неразумно было бы «скармливать» своей дочери романтизм «Алых парусов»: вот жди прекрасного принца, который приплывет на корабле и заберет тебя «в страну далече», где ты будешь с ним необыкновенно счастлива и окружена всем, о чем только человек мечтает. Это недолжная крайность.

Протоиерей Максим Козлов

Протоиерей Максим Козлов

Другая – напротив, предельный прагматизм, что вообще-то никакого чувства не должно быть, а есть только рациональный расчет: возраст молодого человека подходит, внешность вроде бы нестрашная, социальный статус близкий и по характеру ничего. Ну что ж, тут надо бы пирог да за свадебку. А потому уж и посмотрим, как семейную жизнь начинать. Это другая крайность.

Наверное, для большинства молодых православных людей путь лежит посередине: с одной стороны, душевное (пусть и не всегда духовное) эмоциональное прилепление к человеку, устремление к нему, с другой – оценка того, что в главном мы едины, что между нами нет принципиальных мировоззренческих разногласий. И вот когда это совпадает, то это и есть самый трезвый, самый мудрый подход к устроению семейной жизни.

— Как быть, если кажется, что ты вообще не способен на любовь, нужно ли продолжать ждать и надеяться встретить нужного тебе человека?

— Смотря что понимать под любовью. Если под любовью понимать описанное в «Евгении Онегине» и тем более в «Ромео и Джульетте» или даже в «Герое нашего времени», то, безусловно, лучше не ждать подобных эмоциональных состояний. Может, и к счастью, что Господь не посещает такими страстями, какие в светской литературе именуются любовью. Не обязательно грубо-плотские, чаще, по крайней мере, до XX века, душевные, но все это страсти. И поэтому ждать и тем более вскармливать в себе их ожидание никоим образом не следует.

Но если под отсутствием любви или неспособностью к ней мы понимаем эмоциональное душевное отталкивание от какого-то человека, который по всем логическим доводам вроде бы для нас хорош, но которого душа не принимает и близко с ним быть не хочется, и минуты считаешь, когда он или она наконец уйдет, то тут, конечно, насиловать себя и заставлять связывать с ним свою жизнь крайне нежелательно.

Тот, кто с верой и упованием на Бога может жить, молясь, прося, ожидая встречи, которую пошлет Господь, тот эту встречу обретет. Об этом говорит весь опыт бытия Церкви».

Окончание

Любовь и влюбленность в литературе

Обязательна ли взаимная влюбленность жениха и невесты?

Насколько серьезно можно относиться к «первой любви»?

Заглавие

<< На главную страницу           на Семейную рубрику >>