Сельский храм

Здравствуйте, дорогие дети и родители! Христос Воскресе!

Как вы думаете, есть ли разница между деревней и селом? Конечно, есть. Наверное, многие из вас сейчас скажут, что село больше деревни, и что там обязательно есть магазин, поликлиника и школа. И будут правы. Но раньше селом называли только то поселение, в котором был храм. Сегодня мы хотим рассказать вам об одном далеком селе и о его храме.

Сельский храм

Далеко за северной рекой, там, где тайга молчаливо хранит свои тайны, стоит село. Когда-то богатое и большое, оно обветшало, обеднело, и теперь больше напоминает забытого всеми старика, доживающего свой век. На окраине села виднелись развалины небольшого храма, потемневшие от времени и поросшие мхом. Работы в селе особой не было, жили огородами да охотой тайком промышляли. Одним словом, каждый сам по себе. Зимой ждали лета, летом – зиму. А село все ветшало и ветшало.

Но однажды заметили селяне: стал около развалин храма крутиться Васька Смирнов. Сначала так крутился, а потом начал кирпичи ворочать, обломки – расчищать, значит, место.

«Ты что это, книжек бабкиных обчитался», – спрашивали его мужики.
«Да, нет, просто храм хочу построить. Был же раньше в селе храм, и говорят, жили знатно. А сейчас что?»
«Храм? – дивились мужики. – Да куда тебе одному справиться?»

А Васька упорный оказался, чуть свет – уже на развалинах шерудит, что-то там ворочает, что-то таскает. Да тут еще бабка Пелагея прослышала, что Васька храм решил отстроить, и икону ему принесла в киоте.

«Вот, Васятко, в помощь тебе».
«Да на что она мне?»
«А с утречка прямо молись, да Господа о помощи проси. Господь все и устроит».
«Я, бабуль, и молиться-то не умею».
«Ничего, я тебе листочек принесу. Смышленый? Читать-то умеешь?»
А затем подумала и решила: «Вместе молиться будем».

Васька спорить не стал, чего старого человека огорчать? Так и молились они по утрам, а потом и по вечерам еще. А весь день Васька работал. Тяжело ему одному было, из сил выбивался, но дело не бросал.

«А надо тебе это, Васька?» – жалели парня мужики.
«А надо», – отвечал Васька и опять за труды.

А к концу месяца, когда Васька местами кое-что расчистил да начал раствор месить для кладки, один мужичонка, что печником в селе слыл, и не выдержал:

«Да ты какой песок берешь, горе-мастер? Без глины надо».
«Без глины?»
«А то. Давай-ка я тебе завтра покажу, да заодно пособлю малость. Не для себя вроде стараешься».

Развалины сельского храма

И со следующего дня начали они вдвоем работать. Стены, хоть и понемногу, но все-таки росли. И стали все понимать, что дело на серьез пошло. Сначала начали женщины приходить: кто поесть принесет, кто мусор поубирает. А там и мужики помаленьку помогать взялись, без лишних разговоров, как будто так и надо. И вскоре по утрам полсела молилось. Бабка Пелагея на счет этого строга была, без молитвы к работе не допускала.

Только вот с кирпичами трудность вышла: за многие годы растащили их большей частью по дворам. Но ничего, стали обратно возвращать. Кто тот, старый, а кто взамен другой. Потихоньку-полегоньку стали стены выправляться. А когда кирпич вовсе закончился, решили мужики весь верх из дерева строить. А уж с деревом обращаться в селе каждый умел. Да так за дело взялись, что и зима не заметили, как прошла. А весной только ахнули. «Да не уж-то это мы красоту такую соорудили?»

И вправду, храм вышел на загляденье. Да и купола, хоть и дранкой крытые, а красивые получились, залюбуешься. А внутри печь поставили, чтобы зимой не зябко было. Осталось стены оштукатурить да алтарь устроить. А чтобы штукатурка лучше сохла, печь Васька топил, дров не жалел. И уже собирались ехать священника искать, чтобы объяснил, как дальше храм обустраивать. Как вдруг в одну из ночей раздался истошный крик по селу: «Пожар! Пожар! Храм горит!»

Народ повыскакивал из домов, кто за ведра, кто за топоры и лопаты. Только какой там?.. Полыхали купола, как хворост в печи. Огонь, казалось, выше неба поднимался.

«Смотри, смотри! Кто это там из храма выходит?», – раздался чей-то голос. Все посмотрели на распахнутые двери храма.
«Так это же Васька икону бабки Пелагеи несет».

А Васька неторопливо брел и даже не оглядывался на пожар, а по щекам его текли слезы. Он разглядел бабку Пелагею и протянул ей икону:
«Не будет, бабуля, никакого храма. Это я виноват, за печью не уследил. Так что нет мне прощения».
«Ишь чего удумал, храма не будет. Тоже мне фон-барон, прощения ему не будет. Будет, еще как будет».
«Да ты, Васька, того… Не бедуй. Один раз построили, второй построим», – произнес печник.
«Точно! Чего нам стоит?», – загудели мужики.
«А оно вам надо?», – грустно улыбнулся Васька.
«А надо», – ответил печник. И остальные мужики уверенно кивнули:
«Точно».

И Васька вдруг улыбнулся. Да так счастливо, что в ответ ему заулыбались все односельчане.
«Тогда и впрямь построим», – произнес Васька.

И построили мужики храм. И священника им прислали с семьей. И алтарь устроили по всем правилам. И службы начали там служить, как полагается. И говорят, в селе сообща стали многое делать, и жизнь там наладилась. А Васька алтарником в храме стал.

Вот такой рассказ. Вот такой Васька. Для всего села решил постараться – храм поднять. И ведь получилось, пусть и не сразу. Выходит даже одному человеку по силам очень многое, если ему помогает Господь.

Сельский храм

Откуда берется доброта

На главную страницу сайта - Семья и Вера